Возмутительный микс «искусства и гениталий»

Если задаться целью найти в мировом кинематографе синоним слову «скандал», то это была бы экстравагантная эротическая драма «Калигула». Недавно скончавшийся итальянский режиссер Тинто Брасс, хотя и экспериментировал в разных жанрах, в историю прочно вошел именно с этим образчиком софт-порно, споры о котором не стихают до сих пор. Фильм вышел настолько ошеломительно хулиганским и попирающим любые табу, что находится под запретом даже сейчас, в эпоху, когда в интернете можно найти контент любой степени откровенности. С другой стороны, ничего подобного «Калигуле» мир не видел, и если «Эйфория» с ее нескромными сексуальными сценами заставила кончики ваших ушей покраснеть, то вы еще не видели это творение. Не забываем и о том, что за своим эпатажным фасадом оно скрывает посыл о пагубном влиянии тотальной власти.

Правда, вряд ли эта серьезная тема выходила на первый план для подростков, которые хотели больше знать о сексе во времена стыдливого замалчивания. За неимением нормального секспросвета лента становилась проводником в пикантным мир для тех, кто мог дорваться до нее благодаря удивительно либеральному ночному эфиру. Другие зрители если сами не видели, то точно слышали хоть один из сотни фантастических фактов об этой костюмной драме. Слухов о ней было трудно избежать — история создания «Калигулы» заслуживает собственной документалки, настолько она ошеломительна. И дело не только в изобилии предельно откровенных и даже шокирующих эротических сцен, которые продюсер Боб Гуччионе добавил по своей прихоти. Обилие обнаженки и граничащего с порнографией контента, рассорившаяся съемочная группа, участники которой не договорились, что они хотели сказать, изъятие катушек полицией США, судебные тяжбы вокруг проекта и самое смешное — уморительные интервью известных актеров, что снялись в проекте, а потом годами осознавали степень собственной травмированности им. Впрочем, стоит отдать им должное, все они отнеслись к съемкам в спорном фильме со здоровой самоиронией.

Сюжет «Калигулы» обращается к одному из самых одиозных правителей Римской империи. В начале ленты мы видим его шаловливым юношей, который думает в основном о плотских утехах и пока не растлен властью. Его дедушка, император Тиберий, забавы ради начинает расшатывать хрупкую психику Калигулы. Тот, опасаясь жестокой расправы, подговаривает верного сторонника, преторианца Макро, избавиться от тирана. На этом моменте высшее общество Рима выдыхает — наконец ими будет управлять молодой и прогрессивный император. Вот только они не подозревают, что на смену Тиберию пришел куда более непредсказуемый и параноидально боящийся заговоров садист. Калигула не привел империю к расцвету, вместо этого приумножив число оргий, сделав своего коня вторым лицом в Сенате и методично унижая и насилуя детей знати. Разложение и упадок необходимо прекратить, но кто осмелится бросить вызов человеку, не имеющему никаких границ?

Мы упомянули, что закадровая команда «Калигулы» не достигла согласия в том, что они в принципе хотели сказать своей иллюстрацией древнеримского борделя. Сценарист Гор Видал пытался представить трагический портрет неплохого от природы юноши, которого абсолютная власть и безнаказанность довели до безумия. Режиссер Тинто Брасс же считал, что император был «прирожденным монстром» с дефективной психикой. Тем не менее ни тот, ни другой не собирались творить из своей костюмной драмы аналог «клубнички». Сменить тон картины обходными путями решил Боб Гуччионе, вложивший в производство $17,5 млн из личного кармана. Основатель журнала для взрослых Penthouse был тем еще скандалистом и заявлял, что никакой маркетинг не обеспечил бы ленте такого интереса, как обещание легального интима на большом экране. И он был прав: запреты на показы подогрели публику, и она обеспечила драме приличную кассу.

Параллельно не утихала фоновая шумиха: Тинто Брасс даже не был допущен к финальному монтажу, и все шокирующие сцены были протащены в «Калигулу» контрабандой. Апофеозом абсурда стали поиски Питера О`Тула, который не желал являться на переозвучание своих реплик, но продюсеры ленты обнаружили его… в Канаде. Ярче этой красноречивой реакции только вполне прямая цитата грозного критика Роджера Эберта, который назвал фильм «отвратительным, совершенно никчемным, позорным мусором» и удивился, как талантливые люди позволили себе участвовать в таком безобразии. Впрочем, в нашей рубрике «Полка с кассетами» мы рассказывали, что маэстро порой бурно реагировали и на менее вопиющие произведения. Примирительно в этом хороводе громких фраз звучит голос Хелен Миррен, которая мудро подмечает, что такой проект, как «Калигула», был возможен только в эпоху, когда подобный возмутительны микс «искусства и гениталий» не был поводом для беспокойства. И хотя она в смятении по поводу чересчур графичного визуала, нет смысла отрицать решения юности.

В принципе если опустить ажиотаж вокруг фильма и трезво отнестись к его достоинствам, можно отметить бескомпромиссность в изображении коррупции и страха элиты перед сумасбродными тираном. Очистив драму от сексуализированной шелухи, мы видим, что Тинто Брасс наглядно показал все стадии морального разложения тех, у кого от этого процесса должен быть иммунитет. В «Калигуле» есть сильные сцены, как та, в которой надежный сторонник императора бросает вызов разврату ценой собственной жизни. Адекватного зрителя в «Калигуле» больше впечатлят не сцены содомии, а более пронзительные эпизоды обреченного на провал вызова тоталитаризму. Тихое и опасливое несогласие с насилием, нелепыми решениями и стройным маршем в бездну в «Калигуле» куда важнее. И пусть Брасс легкомысленно опускал детали декораций Римской империи и внешнего вида ее обитателей, картина все равно выглядит основательно.

Хорош и актерский состав «Калигулы» — фильма, вошедшего в историю как обладателя целой плеяды звезд, согласившейся на съемки, несмотря на противоречивый подтекст. Приобретший популярность благодаря «Заводному апельсину» Малкольм МакДауэлл со всей страстью отдается своей роли. Его путь от юноши с горящими глазами до деспота, утянувшего страну на дно вслед за своей манией преследования и абсолютным гедонизмом, впечатляет. Как всегда фактурен Питер О`Тул. Легенда кино хоть и не питал иллюзий по поводу вверенного ему материала, легко расправился с ролью человека, который кошмарит преемника забавы ради. Интересен в «Калигуле» и образ Терезы Энн Савой — этакой леди Макбет в декорациях Рима. Ее коварные интриги и тонкие манипуляции подвели Калигулу к точке невозврата. В целом, ей достался единственный любопытный женский образ — девушки, которая заинтересована политикой, но тщательной маскирует это под видом добродетели.

«Калигула» — уникальный в своем роде продукт. За 47 лет со дня выхода ни один другой фильм не приблизился к его статусу ленты настолько возмутительной, что невозможно остаться в стороне от просмотра. Ни в каком другом фильме мы бы не увидели такого сочетания не выдерживающих соседства факторов — важной темы и визуальной пошлости, невероятной провокационности и легкомысленности к деталям, звездности состава и скандальности. «Калигула» потряс публику, проверил на прочность наши границы, бросил вызов ханжеству, доказал, что искусство никому ничего не обязано и может быть любым и вошел в архивы, не изменив своей природе. Можно по-разному относиться к этому детищу итальянцев-хулиганов, но отрицать его не получится. И никто не придумал ничего лучше, чем проверить слухи самостоятельно. Предлагаем сделать это сегодня в память о создателе самого отталкивающего и любопытного фильма из когда-либо снятых.